Недельная глава ДВАРИМ (Книга "Беседы о Торе", р. Ицхак Зильбер)

“Главных” означает здесь людей наиболее выдающихся, два качества из повторенных уже понятны, а вот третьего “понимающих” — стих не называет. Почему? Что, это качество не столь важно? Нет, конечно. Дело в том, что способность “понимать”, то есть точно применять свои знания, встречается не так уж часто. А Моше надо было назначить по одному судье над каждыми десятью, пятьюдесятью, сотней и тысячей из евреев. Так что он не нашел нужного числа людей, обладающих всеми необходимыми данными.

Вот со “смотрителями” — говоря современным языком, исполнительной властью, или полицией, обеспечивающей исполнение судейских решений, — таких проблем, вероятно, не было. Они должны были обладать не менее высокими душевными качествами, чем судьи, но от них не требовалось столь глубокого знания Торы.

“И повелел я вашим судьям в ту пору так: 'Выслушивайте братьев ваших и судите справедливо каждого с братом его и его соседом. Не давайте никому предпочтения на суде; как малое [дело], так и большое выслушивайте; не бойтесь человека, ибо суд — Б-жий...” (1:16, 17).

“Выслушивайте” означает здесь — дайте высказаться, слушайте терпеливо и спокойно и так же говорите.

“Судите справедливо” — требование, наверняка всеми понимаемое одинаково: справедливо — это объективно и беспристрастно. Но что подразумевается под “братом” и “соседом” (в тексте Торы буквально — “пришельцем”, понятие, которое Раши трактует здесь как “тяжущаяся сторона” или “человек, живущий на смежной территории”)?

Разделение на “брата” и “пришельца” нам знакомо. Обычно Тора подразумевает под этим еврея и нееврея, принявшего еврейство. Но поскольку речь идет о справедливом суде, то очевидно, что при тяжбе такое различение недопустимо. Комментарий Раши указывает нам, что речь здесь идет не о двух категориях людей, а о двух категориях дел, причем вторая из них — имущественные споры, которые могут возникнуть между людьми, живущими на соседних территориях.

Что значит “не давайте никому предпочтения”? Только что ведь было приказано судить справедливо, объективно. Шульхан арух (Хошен мишпат, 7:7) объясняет: это значит, что судья должен передать дело другому, если в суд обратился или перед судом предстал его близкий друг или личный враг. Обе стороны должны быть равны в глазах судей. Идеальный вариант — когда судья не знаком с обоими.

“Не бойтесь человека” тоже вроде бы добавлять ни к чему. Если судья хочет быть справедливым, он не должен бояться мести со стороны осужденного. Но Тора указывает здесь на еще одну ситуацию, когда судья может отказаться от рассмотрения дела: если он испытывает страх перед местью со стороны одного из тяжущихся. Однако он вправе сделать это только до того, как выслушал обоих. Если он уже пришел к какому-то решению — он обязан объявить приговор, “не боясь человека”.

“...А дело, какое трудно для вас, предоставьте мне, и я выслушаю его” (1:17).

Поскольку судьи назначались над разным числом людей — от десяти до тысячи, — среди них существовала определенная иерархия. В более высокую инстанцию следовало обращаться, если дело не удавалось решить на нижней ступени. Для решения определенных вопросов судьи объединялись (в пустыне, а в Эрец-Исраэль создавали суды со стабильным составом по населенным пунктам). На уровень суда указывал его состав: чем более высокую инстанцию он представлял, тем был шире его состав — три судьи, двадцать три и семьдесят один судья; высший суд — из семидесяти одного судьи — в пустыне назначил сам Моше, и каждый последующий получал свои полномочия непосредственно от предыдущего.

(продолжение - ниже)

В более высокую инстанцию обращались отнюдь не для обжалования судебных постановлений. Если еврейский суд приходил к какому-то решению, оно считалось окончательным. Но если суд затруднялся в решении вопроса, сомневался в его hалахическом обосновании, тогда обращались выше. В пустыне самую высокую инстанцию представлял Моше-рабейну, о чем и говорит приведенный выше стих. Моше возглавлял весь народ и, если в чем-то сомневался, обращался с вопросами прямо к Б-гу. Тора приводит два примера решения нашим учителем Моше таких затруднительных вопросов: о том, как быть с пасхальной жертвой людям, которые не могли принести ее вовремя (Бемидбар, глава “Беhаалотха”), и о том, как распределить надел в семье, где нет сыновей (эпизод с дочерьми Цлофхада; там же, “Пинхас”).

Это первое, что сказано в главе о структуре судопроизводства.

А второе — “И дал я вам в ту пору повеление обо всех делах, которые вы должны делать” (1:18).

Здесь речь идет о разнице между делами имущественными (на эту категорию дел косвенно указывает стих 16 словами о “брате” и “соседе”) и такими, которые караются смертью. Они не только подведомственны разным судам, но и в десяти деталях различаются подходом к их рассмотрению.

В Торе эти подробности не указаны. Моше устно объяснил, какие суды какими делами уполномочены заниматься и как они должны это делать, а впоследствии эти правила были записаны в Талмуде, в 4-й главе трактата “Санhедрин”.

Теперь вернемся к качествам, которыми должен обладать еврейский судья.

Рамбам говорит:

“В Санhедрин, и в Большой, из семидесяти одного человека, и в Малый, из двадцати трех человек, можно назначать только мудрых и понимающих, великих знатоков Торы, обладающих большим умом, знающих и другие науки, такие как медицина, математика, астрономия, осведомленных в способах колдовства и идолопоклонства, чтобы знали, как судить.

В Большой Санhедрин заповедано назначать коhаним, левиим и евреев с хорошей родословной. Если коhаним и левиим нет, можно собрать Санhедрин из простых евреев.

Нельзя назначить очень старого или бездетного (то есть такого, который не испытал, что значит вырастить человека, или уже забыл это. — И. З.). Он недостаточно жалостлив...

Члены Санhедрина должны прилично выглядеть, не иметь физических изъянов и знать большинство языков, чтобы слушать показания свидетелей не через переводчика.

Член бейт-дина из трех человек должен обладать семью качествами: [быть человеком] мудрым, скромным, Б-гобоязненным, равнодушным к деньгам, любящим правду, любимым людьми, имеющим доброе имя... [Это должны быть люди,] владеющие своими страстями... и мужественные, то есть готовые спасать ограбленного от грабителя, как поступил Моше с дочерьми Итро. Беглец, оказавшийся в чужой стране, он увидел, что дочери Итро черпали воду своим овцам, а пастухи их прогнали. Он встал и помог им напоить овец...

Из Большого Санhедрина рассылали посланцев по всей Эрец-Исраэль и искали людей, достойных быть судьями. Ставят человека судьей в своем городе, а потом повышают” (Законы о Санhедрине, гл. 2, законы 1-3, 6, 7).

Как сказано в Торе (Бемидбар, 11:16): “...и встанут там с тобой (Моше. — И. З.)”. Еврейский судья — это человек, подобный Моше по знаниям и Б-гобоязненности.

5771