Недельная глава - ВАЙХИ (Книга "Беседы о Торе", р. Ицхак Зильбер)
|
|
Автор: Gennadiy
Опубликовано: 283 дня назад (11 августа 2011)
Блог: Иудаизм, Тора
Рубрика: Без рубрики
|
0 Голосов: 0 |
В недельной главе “Вайхи” (“И жил”) рассказывается о последних днях нашего праотца Яакова. Яаков взял с Йосефа клятву не хоронить его в Египте, а перенести в Хеврон и похоронить там, в пещере Махпела, рядом с Авраhамом и Ицхаком. Он благословил детей, пророчески предсказав каждому его будущее. Йосеф выполнил наказ отца и перевез его тело в Эрец-Исраэль. Его сопровождала вся семья Яакова, все слуги Паро и все старейшины Египта со всадниками и колесницами. Перед смертью Йосеф тоже взял с сынов Израиля клятву, что когда Б-г вспомнит о них, т.е. освободит их из египетского рабства, они возьмут его кости с собой и похоронят в Эрец-Исраэль.
“И приблизились дни Исраэля (Яакова. — И.З.) к смерти, и позвал он своего сына Йосефа и сказал ему: Я прошу тебя, если я нашел милость в твоих глазах, положи, пожалуйста, руку под мое бедро (т.е. поклянись святостью союза Б-га с Авраhамом, знаком чего является обрезание — это близко к бедру. — И.З.), и сделай мне истинную милость, не хорони меня в Египте. И я лягу с моими отцами (т.е. душа моя будет с ними в мире ином. — И.З.), и вынесешь меня из Египта, и похоронишь, где они похоронены. И сказал он: Я сделаю по слову твоему. И сказал Яаков: Поклянись мне! И Йосеф поклялся ему” (47:29-31).
Непонятно, зачем Яакову надо было брать клятву с такого верного и преданного сына, как Йосеф. Разве просьбы отца (последней просьбы!) недостаточно?
Долго я этого не понимал и мучился этим вопросом, пока не произошел один случай, многое мне объяснивший.
В Казани был у меня друг по фамилии Мазур, очень достойный, умный, добрый человек, бывший подрядчик. Было ему без малого девяносто. Он жил вместе с женой у сына, профессора Бориса Львовича Мазура, специалиста по лечению туберкулеза (существует разработанная им “теория синей палочки”). Сын очень уважал отца. И вот мать профессора умерла. Так как Бориса Львовича, хорошего врача и отзывчивого человека, очень ценили, то выразить ему соболезнование пришли все, кому он оказывал помощь: масса сотрудников госбезопасности, служащие горкома и обкома партии, работники университета и т.д. Когда я вошел в дом, яблоку негде было упасть. Говорили приблизительно следующее: “Дорогой Борис Львович, ваше горе — это наше горе, мы похороним вашу маму с почестями, как подобает”. Тут же одели ее, как принято у русских, приготовили место на кладбище.
Надо сказать, что отец и мать профессора были глубоко верующими людьми. В первые часы после смерти матери профессор был растерян и подавлен, а когда пришел в себя, то побоялся возразить, что хотел бы похоронить мать по еврейским законам: ведь за это снимут с работы, исключат из партии. Нас, знакомых из еврейских семей, собралось десять человек, мы пошли на похороны, но невозможно было пройти через толпу даже для того, чтобы прочесть “Кадиш”. Все, что мне удалось сделать по еврейскому обычаю, — это накануне похорон, глубокой ночью, когда все ушли, привести женщину, которая обмыла покойницу и надела на нее льняные тахрихим (под одежду). Я не мог смотреть на искаженное горем лицо старика. Он все твердил: “Ицхак, я-то знаю, какая она была праведница. И чтобы ее хоронили не по-еврейски?!” И старик дал мне бумагу, попросив, когда придет час, передать ее в руки его сыну. Там было написано: “Мой дорогой сын Борис! Ты знаешь, что всю жизнь я живу по законам еврейской веры. Единственная просьба к тебе — когда умру, позови евреев, и пусть сделают все по еврейским законам”.
(продолжение - ниже)
“И приблизились дни Исраэля (Яакова. — И.З.) к смерти, и позвал он своего сына Йосефа и сказал ему: Я прошу тебя, если я нашел милость в твоих глазах, положи, пожалуйста, руку под мое бедро (т.е. поклянись святостью союза Б-га с Авраhамом, знаком чего является обрезание — это близко к бедру. — И.З.), и сделай мне истинную милость, не хорони меня в Египте. И я лягу с моими отцами (т.е. душа моя будет с ними в мире ином. — И.З.), и вынесешь меня из Египта, и похоронишь, где они похоронены. И сказал он: Я сделаю по слову твоему. И сказал Яаков: Поклянись мне! И Йосеф поклялся ему” (47:29-31).
Непонятно, зачем Яакову надо было брать клятву с такого верного и преданного сына, как Йосеф. Разве просьбы отца (последней просьбы!) недостаточно?
Долго я этого не понимал и мучился этим вопросом, пока не произошел один случай, многое мне объяснивший.
В Казани был у меня друг по фамилии Мазур, очень достойный, умный, добрый человек, бывший подрядчик. Было ему без малого девяносто. Он жил вместе с женой у сына, профессора Бориса Львовича Мазура, специалиста по лечению туберкулеза (существует разработанная им “теория синей палочки”). Сын очень уважал отца. И вот мать профессора умерла. Так как Бориса Львовича, хорошего врача и отзывчивого человека, очень ценили, то выразить ему соболезнование пришли все, кому он оказывал помощь: масса сотрудников госбезопасности, служащие горкома и обкома партии, работники университета и т.д. Когда я вошел в дом, яблоку негде было упасть. Говорили приблизительно следующее: “Дорогой Борис Львович, ваше горе — это наше горе, мы похороним вашу маму с почестями, как подобает”. Тут же одели ее, как принято у русских, приготовили место на кладбище.
Надо сказать, что отец и мать профессора были глубоко верующими людьми. В первые часы после смерти матери профессор был растерян и подавлен, а когда пришел в себя, то побоялся возразить, что хотел бы похоронить мать по еврейским законам: ведь за это снимут с работы, исключат из партии. Нас, знакомых из еврейских семей, собралось десять человек, мы пошли на похороны, но невозможно было пройти через толпу даже для того, чтобы прочесть “Кадиш”. Все, что мне удалось сделать по еврейскому обычаю, — это накануне похорон, глубокой ночью, когда все ушли, привести женщину, которая обмыла покойницу и надела на нее льняные тахрихим (под одежду). Я не мог смотреть на искаженное горем лицо старика. Он все твердил: “Ицхак, я-то знаю, какая она была праведница. И чтобы ее хоронили не по-еврейски?!” И старик дал мне бумагу, попросив, когда придет час, передать ее в руки его сыну. Там было написано: “Мой дорогой сын Борис! Ты знаешь, что всю жизнь я живу по законам еврейской веры. Единственная просьба к тебе — когда умру, позови евреев, и пусть сделают все по еврейским законам”.
(продолжение - ниже)
← Недельная глава ВЕ-ЗОТ hА-БРАХА (Книга "Беседы о Торе", р. Ицхак Зильбер) | Недельная глава ШЛАХ (Книга "Беседы о Торе", р. Ицхак Зильбер) →
| # 22 августа 2011 в 12:12 0 |
| # 7 сентября 2011 в 06:00 0 |
| # 2 октября 2011 в 01:21 0 | ||
|
| # 6 декабря 2011 в 19:35 0 | ||
|
| # 19 декабря 2011 в 19:17 0 | ||
|